Паяцы (опера)

Паяцы (итал. Pagliacci) — опера из двух частей с прологом итальянского композитора Руджеро Леонкавалло. По словам композитора, либретто оперы основано на реальных событиях, хотя многие современные историки считают это неправдой. Премьера оперы состоялась в Милане 21 мая 1892 года. Частью оперы является одна из самых популярных в мире арий — «Recitar/Vesti la giubba» (Пора выступать! Пора надеть костюм!). Действие происходит в Калабрии, в деревне Мональто, в 1865 году, в день Благовещения (15 августа).


Содержание

Действующие лица:

Канио (в комедии — Паяц), хозяин труппы странствующих комедиантов — тенор

Недда (в комедии — Коломбина), его жена — сопрано

Тонио, актёр труппы (в комедии — Таддео) — баритон

Беппо, актёр труппы (в комедии — Арлекин) — тенор

Сильвио, молодой крестьянин — баритон

Первый крестьянин — тенор

Второй крестьянин — баритон

П р е м ь е р а в Р о с с и и (на итал. яз.): 22 янв. 1894, Москва. П р е м ь е р ы н а р у с. я з.: 11(23) янв. 1893, Москва, силами арт. Рус. оперного товарищества под рук. И. П. Прянишникова (перевод Н. М. Спасского). Дирижёр И. В. Прибик. Солисты: П. А. Кошиц (Канио), А. Фострём (Недда), И. Прянишников (Тонио), Н. Т. Украинцев (Беппо), Г. Г. Верже (Сильвио);

Краткое содержание

Действие первое


Клоун Тонио выходит из-за занавеса и представляется публике в качестве пролога. Он говорит, что в пьесе, которая сейчас будет представлена, автор стремился показать кусок жизни, показать, что и артист — живой человек.

Монтальто, деревушка на юге Италии…

Прибывают странствующие комедианты. Крестьяне радостно встречают их. Хозяин труппы, Канио, и его жена, Недда, едут в фургоне, Тонио и Беппо бредут рядом пешком.

Канио объявляет собравшимся, что вечером будет представление, пусть придут все, желающие посмеяться над весёлой жизнерадостной комедией.

Клоун Тонио, играющий в пьесах придурковатых, одураченных глупцов, проявляет все старания, чтобы помочь Недде слезть с повозки. Муж, однако, отстраняет его даже от таких мелких «рыцарских» услуг, он сам помогает жене.

Крестьяне приглашают артистов выпить за успех. Беппо и Канио охотно соглашаются, лишь Тонио не хочет идти. Один из крестьян грубо шутит: он остаётся, наверное, чтобы отбить Недду у мужа. Канио смеётся над шуткой, но затем хмурится: если над ним смеются, когда он на сцене, — он рад, но сцена и жизнь — вещи разные… Не сдобровать тому, кто позарится на его жену!

Вместе с крестьянами артисты, в конце концов, отправляются в таверну. Тонио только этого и ждёт. Он, наконец, признаётся Недде в своей горячей, мучительной любви. Но она высмеивает его, а когда тот пробует к ней приблизиться, сильно ударяет его хлыстом.

Клоуна терзает обида, ведь Недда, столь строгая по отношению к нему, по отношению к другим далеко не так сурова. Когда позднее к ней приходит молодой крестьянин Сильвио (Тонио всё видит и слышит из-за укрытия), она отвечает на его признания счастливым поцелуем. Недде надоела скитальческая жизнь комедиантов и постоянные лишения; не любит она и Канио, отравляющего её жизнь своей дикой ревностью.

Теперь Тонио может, наконец, отомстить. Он зовёт Канио и возвращается с ним в тот момент, когда Недда даёт любовнику обещание: «Этой ночью навсегда твоей буду!»

Услышав это, Канио бросается на Сильвио, но тот, увернувшись, убегает, так что Канио не видит его лица. Дрожа от злости, Канио требует, чтобы Недда сказала ему имя своего возлюбленного. В свирепой ревности он замахивается на жену ножом. Беппо выхватывает из его рук нож, а жена толкает к фургону — близится время представления… нужно одеваться…

Канио остаётся один. Он в отчаянии: нужно играть…


Действие второе


Звуки трубы и барабана зовут публику на представление. Пьеса на наскоро сколоченных подмостках начинается как импровизированный фарс. В ней действуют: Паяц — Канио; Коломбина, его жена — Недда; Арлекин, поклонник Коломбины — Беппо; Таддео, слуга — Тонио.

Коломбина ожидает любовника. К домику подходит Арлекин и поёт ей любовную серенаду. Коломбина впускает его через окно, и они договариваются ночью бежать. Приходит муж, слышавший последние слова: «Этой ночью навсегда твоей я буду». — Те же слова, что шептала Недда Сильвио… Канио принуждает себя к спокойствию, но с этой минуты фарс, разыгрываемый на сцене, и подлинная драма сплетаются; на подмостки паяцев входит сама жизнь.

В Канио теперь бушуют настоящая страсть и ревность. Он уже не играет роль в пьесе, а непосредственно живёт на сцене. Он свирепо требует, чтобы жена его произнесла имя соблазнителя. Недда с отчаянным усилием стремится повернуть дело в русло игры, шутки. Она делает вид, будто не знает, что муж хочет услышать имя её настоящего любовника, и продолжает играть и шутить, внутренне содрогаясь от страха…

Но тут уже игрой не поможешь…

Напрасно Недда хочет отделаться от Канио. Тот преграждает ей путь и закалывает её. В предсмертных муках зовёт она своего возлюбленного, Сильвио. Крестьянин вскакивает с места и бросается на сцену, чтобы спасти Недду, но взбешённый ревностью муж убивает и его.

Зрители, крестьяне Монтальто, сбегаются к подмосткам. Сражённый тяжестью своего кровавого поступка, Канио роняет нож. Тонио объявляет публике: «Комедия окончена» (La Comedia A Finita!).


Либретто двух самых значительных арий:

«Recitar/Vesti la giubba» (Пора выступать! Пора надеть костюм!)

Узнав о неверности своей жены, поглощенный горем Канио готовится к представлению, потому что представление должно продолжаться…

Recitar!… mentre preso dal delirio

non so più quel che dico
e quel che faccio!
Eppur… è d’uopo… sforzati!
Bah! Sei tu forse un uom?
Tu se' Pagliaccio!

Vesti la giubba,
e la faccia infarina.
La gente paga e rider vuole qua.
E se Arlecchin
t’invola Colombina,
ridi, Pagliacco, e ognun applaudirà!
Tramuta in lazzi
lo spasmo ed il pianto,
in una smorfia il singhiozzo
e’l dolor — Ah!
Ridi, Pagliaccio,
sul tuo amore infranto.
Ridi del duol che t’avvelena il cor.

Пора выступать! В муках сумасшествия

Я больше не знаю
Ни что я говорю, ни что я делаю!
Но все же… Я должен… пересилить себя!
Ах! Мужчина ты или нет?!
Нет, ты всего лишь клоун!

Надень свой костюм
И раскрась лицо.
Люди заплатили, они хотят, чтобы их смешили.
И пока Арлекин
крадет у тебя Коломбину…
Хохочи, клоун, и все будут тебе хлопать!
Преврати твою агонию и свои слезы
в клоунаду.
Твои всхлипы и боль
Преврати в дурацкую гримасу — Ах!
Смейся, клоун,
над своей разбитой любовью.
Смейся над болью, отравившей твое сердце!


No! Pagliaccio non son! (Нет, я не паяц!)

Канио в ярости обвиняет Недду в неверности


No! Pagliaccio non son!

Se il viso è pallido
è di vergogna,
e smania di vendetta!
L’uom riprende i suoi diritti,
e’l cor che sanguina
vuol sangue a lavar l’onta,
o maledetta!

No. Pagliaccio non son!
Son quei che stolido ti raccolse
orfanella in su la via
quasi morta di fame,
e un nome offriati
e un amor
ch’era febbre e follia!

Gruppi di donne
Comare, mi fa piangere!
Par vera questa scena!


Un gruppo di uomini
Zitte laggìu.
Che diamine!


Silvio (a parte)
Io mi ritengo appena!

Sperai, tanto il delirio
accecato m’aveva,
se non amor, pietà… mercé!
Ed ogni sacrifizio
al cor, lieto, imponeva,
e fidente credea
più che in Dio stesso, in te!

Ma il vizio alberga sol
ne l’alma tua negletta:
tu viscere non hai…
Sol legge è'l senso a te:
va, non merti il mio duol,
o meretrice abbietta,
vo' ne lo sprezzo mio
schiacciarti sotto i piè!

La folla (entusiasta)
Bravo!…


Nedda (fredda ma seria)
Ebben, se mi giudichi
di te indegna,
mi scaccia in questo istante.

Ah! ah! di meglio chiedere
non puoi che correr tosto
al caro amante.
Sei furba!
No, per Dio, tu resterai
e il nome del tuo ganzo
mi dirai.

Нет, я не паяц!

И если мое лицо бледно,
то это из-за стыда
и из-за жажды мести!
Мужчина в праве вернуть свое достоинство!
Мое окровавленное сердце жаждет мести.
Только кровь сможет отмыть мое унижение,
Проклятая ты женщина!

Нет, я не паяц!
Я идиот, спасший
полуоголодавшую беспризорницу
из лап улицы!
Я глупец, давший тебе честное имя
И любовь,
Полную страсти и желания!

Хор (деревенские женщины,
они еще не понимают, что диалог — не часть представления)
Бедняжка!
Ее история так похожа на жизнь!

Хор (деревенские мужчины —
они знают, что это уже не представление, а настоящая трагедия)
Да замолчите вы, дуры,
ради Бога!

Сильвио (в сторону)
Нет больше сил держать себя в руках!

Как я надеялся, ослепленный
своей наивностью,
что если не из любви, то хоть из благодарности…
Что не предашь ты меня за все мои жертвы,
которые я с радостью принес тебе…
И за то что я верил в тебя,
больше чем в Бога!

Но только зло и грех
были в твоей смертной душе:
Нет в тебе чувств…
Тобой правят только животные инстинкты:
Уйди прочь! Ты недостойна моей боли!
Ты, грязная шлюха!
Я ненавижу тебя,
Я раздавить тебя хочу!

Толпа (с энтузиазмом,
не понимая, что это теперь драма, а не комедия)
Браво!

Недда (сдержанно, но серьезно)
Как хочешь. Если ты
Меня считаешь недостойной тебя,
то отпусти меня сейчас же!

Ха-ха! Ты только этого и хотела!
Чтоб я тебя прогнал
Прямо в объятия
Твоего драгоценного любовника!
Как ты умна!
Но нет, ты останешься здесь, со мной.
И скажешь мне имя
Твоего жиголо.

 
Начальная страница  » 
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
0 1 2 3 4 5 6 7 8 9 Home