Велопробег «Одесса — Владивосток»

Велопробег «Одесса — Владивосток»

Эта статья или раздел нуждается в переработке.
Пожалуйста, улучшите её в соответствии с правилами написания статей.

Велопробег «Одесса — Владивосток» (в котором принимал участие Михаил Рыбальченко)

… Но особая гордость спортсмена - отдельный альбом с аккуратно наклеенными в хронологической последовательности вырезками из газет тех республик и краев, по которым проходил маршрут легендарного велопробега Одесса - Владивосток. Тогда было не до писем - только газетные строчки являлись весточками домой любимой жене и дочурке.

Этот исключительный по своей сложности и протяженности пробег был посвящен десятилетию "Комсомольской правды".

Отсчет его километров начался 30 мая 1935 года недалеко от Одессы, возле пограничного столба у заставы Каролино-Бугаз после предварительного торжественного старта на празднично украшенной улице Энгельса (ныне - опять Маразлиевская), где располагался областной Совет "Динамо". Пятерым динамовским спортсменам: киевлянам Ивану Гриценко, Николаю Погребному, Сергею Овчарову, Федору Ганопольскому и одесситу Михаилу Рыбальченко предстояло пересечь всю страну с запада на восток, пройдя на обыкновенных дорожных машинах без всякого сопровождения от Черного моря до Тихого океана более трети Земного экватора. С того времени минуло свыше шестидесяти лет, но заслуженный мастер спорта М.И.Рыбальченко, являвшийся техническим руководителем велопробега, помнил все, до малейших подробностей. "Такой пробег проводился впервые в мире. Нам предстояло выдержать серьезный экзамен на физическую выносливость. Самому младшему члену команды исполнилось тогда двадцать лет, самому старшему - тридцать два года. Цель пробега - пропаганда велосипедного спорта и проверка качества отечественных машин. Ехали на велосипедах марки "Украина" харьковского завода имени Петровского, имея с собой багаж - специально приспособленные вещевые сумки весом от двух с половиной до трех пудов с запасом продовольствия на 2 - 3 дня, медикаментами, запчастями, теплой одеждой и оружием. Машины отлично выдержали это испытание: за весь путь не было ни одной серьезной поломки. Меняли лишь спицы, которые не выдерживали такую нагрузку, особенно на задних колесах. Был установлен следующий маршрут: Одесса - Киев -Харьков - Москва - Горький - Казань - Ижевск - Свердловск -Челябинск - Омск - Новосибирск - Красноярск - Иркутск -Улан-Удэ - Чита - Благовещенск - Хабаровск - Ворошилов -Владивосток. По пути следования предстояло пересечь степи, пески, леса, тайгу, болотистые местности, преодолеть несколько горных хребтов. Весь путь был очень тяжелым, и даже первая половина его оказалась не такой уж легкой. По Украине и части РСФСР до города Горького ехали в жару, избавляясь от палящего солнца лишь к вечеру. Рабочий день начинался с рассвета и продолжался до темноты. От Горького и до Омска ежедневно сопровождал дождь. Беспрерывные ливни портили и без того отвратительные дороги. Десятки километров, часто по колено в грязи, несли машины на себе.

После Новосибирска потянулись горные цепи, а за ними -тайга и бездорожье.

Мы шли узкими охотничьими тропами, балансируя, как циркачи, чтоб не упасть. Сплошные корневища и пни… Сибирская мошка проникала в уши, нос, глаза. Не спасала даже специальная сетка.

В районе Красноярска попали в сильную грозу. Промокшие насквозь, все в грязи, шли вперед, продвигаясь в сплошной темноте почти на ощупь и ежеминутно окликая друг друга. Часто кто-нибудь из нас проваливался в яму, наполненную водой. Тогда мы останавливались, чтобы помочь товарищу выбраться оттуда. Лишь поздно ночью добрались, наконец, до какой-то таежной станции. Населенные пункты встречались крайне редко. Часто приходилось ночевать прямо в тайге. Зону вечной мерзлоты проходили при обильном снегопаде. Мороз достигал тогда пятнадцати градусов. Однажды, переходя какую-то речку, покрытую льдом, один из нас неожиданно провалился по пояс в ледяную воду вместе с машиной. Потом долго бежали, чтобы согреться. Одежду сушили на редких привалах. На старом Читинском тракте было множество болот. Поэтому велосипеды там перетаскивали на плечах по сооруженным нами же настилам из бревен.

За весь путь не менее полутора тысяч километров вообще пришлось пройти пешком - по снежному покрову машины скользили, точно сани, а по пути от Читы и до Хабаровска вообще не было никаких дорог.

Тогда шли по шпалам, а велосипеды катили по рельсам, что давалось с большим трудом. В те дни ежедневно преодолевали не более шестидесяти километров. Исключение составляли лишь редкие разъезды, где можно было снова садиться на велосипед.

Несмотря на предельно сжатые сроки, проводили с населением беседы о целях и задачах этого пробега, помогая местным жителям в ремонте их машин - ведь далеко не все умели тогда правильно разобрать и собрать велосипед и даже пользовались при смазке дегтем. Уже позднее мы поставили перед велозаводами вопрос о необходимости выпуска велосипедов с инструментами. По всей трассе в любом населенном пункте нам устраивали очень теплые встречи. На площадях проходили митинги, на стадионах - целые спортивные праздники. Однако уже за Уралом стали остро ощущать нехватку времени, и незапланированные остановки стали срывать наш график. Особенно запомнился такой случай. Как-то целую неделю шли затяжные осенние дожди. Дороги размыты, но останавливаться нельзя: через несколько дней - финиш, и мы нажимали вовсю. Для нас тогда не существовало ночей, мы двигались непрерывно. До ближайшего пункта оставалось не более пяти километров. Шли и никого не встречали по пути, но это и не удивляло - в такую погоду лучше не выходить из дому. И вдруг из пелены дождя выскакивают три силуэта: "Товарищи, мы вас ждем!" Приходим вместе в Бурею и видим: на площади городка - толпа людей, которая, оказывается, целых четыре часа ждала нас под проливным дождем. Торжественная встреча, оркестр -все это растрогало тогда до глубины души. В шестидесяти километрах от города Ворошилова, уже за два дня до финиша, нас ожидало, мне кажется, самое тяжелое испытание. Здесь мы впервые почувствовали, что такое снежный дальневосточный тайфун. Шли среди сопок. Неожиданно полил сильный дождь, который тут же на наших глазах превращался в снег. Одежда сразу покрылась ледяной коркой. Ветер буквально валил с ног. Дороги не было видно дальше, чем на три-четыре шага. Силы иссякали. Хотели сделать привал и переждать, как вдруг вверху - рокот мотора. Это на небольшой высоте кружил самолет. Летчиков не было видно, но нам тогда показалось, что мы слышим их голоса, которые подбадривали нас. И мы поняли, что если в такую погоду люди отважились вылететь навстречу, чтобы придать нам силы, то останавливаться не имеем права, и снова пошли вперед". И вот, наконец, звучной симфонией заводских, фабричных, паровозных и пароходных гудков, гулом проносящихся в небе звеньями истребителей и бомбардировщиков Владивосток приветствует отважных спортсменов. Они въезжали в празднично убранный город в сопровождении двухсот велосипедистов и множества автомашин и мотоциклов, под ликующие звуки оркестров, мимо тысяч трудящихся. Дождем летели листовки. Впереди был только торжественный финиш, а позади -символический финиш у пограничного столба на станции Океанская и 14317 труднейших километров, пройденных за 117 ходовых дней по шести автономным республикам, пяти краям и тринадцати областям. Спустя несколько месяцев М.И.Калинин по постановлению Центрального Исполнительного Комитета Союза ССР вручал в Кремле всем участникам этого поистине героического велопробега ордена "Знак Почета". В один из вечеров, как бы подытоживая свое очередное повествование, Михаил Иванович шутя уронил: "А ведь по количеству рекордов так никто меня и не побил! Ну, чем не кандидат в Книгу рекордов Гиннесса?". И подумалось: "А почему бы и нет?". Уж очень хотелось сделать что-то хорошее для этого человека. И с подготовленным представлением и массой ксерокопий из довоенных газет (к сожалению, ни о каких подлинных протоколах не могло быть и речи) - в Москву, в русское отделение этого всемирно известного издания. Материал приняли, обещали рассмотреть. Прошел год, возможно, больше. Как вдруг - телефонный звонок. Это изумленный и счастливый Михаил Иванович сообщал о получении бандероли со свежим номером Книги и поздравлением от имени редакции. Такова спортивная биография этого замечательного человека и уникального спортсмена, единственного одессита из Книги рекордов Гиннесса. И уже позднее он рассказал, как трагически сложилась его дальнейшая судьба.

Литература

  • Виктор Корченов. Человек из книги рекордов. //

Ссылки

 
Начальная страница  » 
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
0 1 2 3 4 5 6 7 8 9 Home